Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

N2

Ну сколько можно!

Сегодня пришло известие, что наше учреждение опять переименовали... И это уже не смешно, поскольку я замучился раз ... лет менять название своего мета работы в статьях. Вроде в РАН сидят умные люди, должны понимать, что такие изменения - очередные траты на изменение печатей и т.д. Видимо, "вроде" - ключевое слово. Итак, наш институт менял свое официальное название следующим образом (то, что принято писать в статьях - без ФГБУН и прочей мути):
Институт биологии моря ДВФ СО АН СССР
Институт биологии моря ДВНЦ АН СССР
Институт биологии моря ДВО РАН
Институт биологии моря имени А.В. Жирмунского ДВО РАН
Национальный научный центр морской биологии ДВО РАН
И вот теперь - Национальный научный центр морской биологии имени А.В. Жирмунского ДВО РАН

Зачем понадобилось возвращать имя первого директора в название учреждения - непонятно. Памятью ему служит сам институт. Он был хорошим администратором и организатором, но ученым мирового уровня не был, и вряд ли кто-то из сотрудников вспомнит из его достижений что-то, кроме нашумевшей "е в степени е". Я даже теряюсь в догадках, кто лоббировал это новое название учреждения. Но теперь с этим жить - до следующего изменения. А где-то есть институты, которые не меняли своего названия с момента распада СССР! Неслыханная стабильность!!!))
N2

Лёд тронулся….

Систематика пресноводных моллюсков бывшего СССР – классический случай таксономического сектантства со своими каноническими текстами и новыми трактовками. Количество пресноводных видов, которые «обитают» в умах наших систематиков в бывшем СССР, похоже, превышает суммарное количество видов, которые населяют реки и озера всего остального мира. Об этом я писал неоднократно – см: http://olnud.livejournal.com/106704.html Но всякая секта, лишившись своего создателя, проверяется на прочность. Еще 15 лет назад опубликовать статью с критикой компараторного метода (метода, который стал основой для выделения огромного числа видов) в РФ было очень трудно. Сейчас такие статьи потихоньку печатают, но без особых потрясений основ нашей «местечковой» систематики. И вот вышла статья, которая столь основательна и хороша, что я даже не знаю, как после этого наше малакологическое сообщество будет и дальше делать вид, что наш путь верен, а буржуи всё врут.
Немного предыстории. Все знают, что есть речной жемчуг и его «вынашивают» речные жемчужницы. Эти животные живут в чистейших реках, а их личинки (глохидии) паразитируют на жабрах лососевых рыб.



Именно по этим двум причинам практически все жемчужницы во всех странах (где они еще не вымерли) охраняются и занесены во всевозможные «Красные книги». В Европе обитает один вид жемчужницы, в Северной Америки – 2-3 вида. А в России их аж 14. Т.е. навыделяли 14 видов. Попытки уменьшить это число на основе ревизии морфологических признаков ничего не дали – сторонники компараторного подхода неизменно отвечали, что их оппоненты делают все неправильно и не умеют правильно креститься пользоваться компараторным методом. И тогда «оппоненты» затеяли большую работу: молекулярно-генетический анализ жемчужниц Дальнего Востока и Забайкалья. Казалось бы, что это нужно было сделать давным-давно, но парадокс в том, что заинтересованных лиц в РФ почти не было – никто не хотел открывать ящик Пандоры. Иностранцы не имели для этого необходимый объем материала (и особого желания…). На подвиг решились ученые из совершенно периферийных НИИ России (Архангельск, Чита, Борок), взяв для верности двух иностранцев. Работы велись в невероятной конспирации, статью «отфутболивали», пока авторы не нашли «защиту» в PlosOne. Итак, в майском номере вышла статья «Taxonomy and Distribution of Freshwater Pearl Mussels (Unionoida: Margaritiferidae) of the Russian Far East». На основе анализа фрагментов генов COI и 18S рДНК, а также морфологических данных, 13 видов жемчужниц сведены в 3: один сугубо континентальный, и два распространены на Курилах, Сахалине, Камчатке и в Японии.

Что дальше? Готовится новое издание «Красной книги России», в которую все эти компараторные виды жемчужниц включены без всяких сомнений. Пересмотрят ли этот список после выхода новейших данных? Конечно, нет – секта никогда не сдается без боя, тем более, что на основе компараторного метода защищена уйма кандидатских и докторских диссертаций не только в СССР, но и в постсоветской России.
N2

Два кокцидных древа

О том, что многие российские систематики упорно не хотят играть по принятым цивилизованным миром правилам, общеизвестно. Однако любопытно, как эти правила «обыгрывались» в разные времена в одних и тех же группах.
1980 г. – выходит замечательная книга Евелины Марковны Данциг «Кокциды Дальнего Востока СССР». В ней приведен диковинный для СССР кладистический анализ, который до этого в ЗИНе применил И.М. Кержнер. Вот так выглядит кладограмма кокцид в книге Данциг:

данциг 1980

Прошло 34 года - почти что жизнь в науке. В 2014 г. ЗИН выпустил еще одну монографию по кокцидам - Данциг Е.М., Гаврилов-Зимин И.А. Псевдококкциды (Homoptera: Coccinea: Pseudococcidae) Палеарктики. Ч. 1. Подсемейство Phenacoccinae. И в ней уже нет кладограмм, а приведенную схему назвать древом можно лишь с некоторыми оговорками:

Pages from danzig2014_phenacoccinae

Схема отражает морфологические трансформации (цифры), но в кладограмму ее трансформировать нельзя, т.к. в ней показаны отношения «предок-потомок». Примечательно то, что Гаврилов-Зимин – представитель молодого поколения энтомологов, хорошо образованный и активно контактирующий с западными учеными специалист.
N2

Маргинализм в систематике

Тешу себя надеждами, что найдется человек и напишет историю биологической систематики 20 века, уделив внимание и нашей стране. В России школа собственных систематиков сформировалась позже, чем в Европе, но раньше, чем в Азии. После революции 17-го число систематиков в нашей стране увеличилось, причем власти относились к ним вполне терпимо, не требуя сиюминутных продуктов на "стол народный".  Появились внушительные многотомные сводки: "Фауна СССР" (позже, по его подобию – "Фауна Украины", "Фауна Таджикистана" и т.д.), "Определитель по фауне СССР", "Трематоды животных и человека", "Определитель насекомых европейской части СССР" (позже – "Определитель насекомых Дальнего Востока…"), "Флора СССР" (позже - различные региональные серии), "Определитель грибов СССР", "Определитель пресноводных водорослей СССР" и т.д., и т.п. Сейчас можно с уверенностью сказать, что ни в одной стране мира нет такого числа таксономических серийных сводок, как у нас. Все это будет кем-то описано и проанализировано много лучше и достовернее, чем мог бы сделать я. Но здесь я хотел написать о систематиках-маргиналах, которые выходят из таксономического мейнстрима, создавая свою собственную уникальную систему изучаемой ими группы. Немало ботаников, микологов и зоологов, которые существенно дополнили и изменили взгляды на классификацию той или иной группы. Среди них выделяются реформаторы – систематики, которые ввели новые признаки, использовали новые методы, предложили новую систему конкретной группы, что в конце концов было принято коллегами. Но не они меня интересуют – речь пойдет о "маргиналах", которые противопоставляли свою систему всем остальным, создали невостребованную в мировом сообществе альтернативную версию, хотя  плоды их работы могут влиять на систематику конкретной группы в мировом масштабе, но, как правило, лишь опосредованно. Пока невозможно выявить какие-то закономерности в том, когда и почему появлялись систематики-маргиналы, но очевидно, что пик их численности пришелся на вторую половину 20 века. Коснусь только некоторых, наиболее ярких персоналий.

 В отечественной систематике сосудистых растений преобладает концепция узкого понимания вида, что достаточно хорошо отражено во "Флоре СССР". Но и в таком походе есть свои крайности. Из всех ботаников выделяется В.Н. Васильев, который известен как "дробитель" двух родов – Trapa (водяной орех) и Empetrum (водяника). Число видов и в том, и другом родах по разным авторам существенно варьирует, причем многие ботаники считают их монотипными. Васильев увеличил число видов до невероятно большого: водных орехов он выделил не менее 200 видов, а водяник – несколько десятков. Узкое понимание вида в роде Trapa было заложил А.Ф. Флеров, но В.Н. Васильев выделил слишком большое число новых "микровидов", используя лишь строение плода. В самом деле – чем водяной орех хуже ястребинок? Оказывается, хуже. Н.Н. Цвелев сохранил в роде не менее 50 видов, но даже это число существенно отличается от того, которое принято у зарубежных ботаников. В настоящее время традицию описывать новые виды Trapa продолжила Л.М. Пшенникова, т.е. подход В.Н. Васильева все еще находит последователей (прежде всего, в лице Н.Н. Цвелева и его учеников), но, похоже, только в нашей стране. Не так повезло И.В. Васильеву, "раздробившему" род Tilia – у него не нашлось сторонников.

 Я мало знаком с микологией, однако и здесь есть свои "маргиналы".  Особо хочу выделить Л.Н. Васильеву, крупнейшего отечественного специалиста по пирено- и локулоаскомицетам. Л.Н. является сторонником комбинаторной систематики, свои взгляды она изложила в книге  "Systematics in Mycology" (1999). Проведя ревизию этих двух групп, Л.Н. упразднила множество родов и видов, уменьшила число высших таксонов пиреномицетов. Речь не идет об обычных таксономических манипуляциях: Л.Н. ревизовала пиреномицеты в мировом масштабе, сделав систему не дробной и не "объединенной", а просто другой, менее громоздкой и более логичной с точки зрения типолога. Последователей среди микологов у Л.Н. практически нет, хотя многие выделенные ею надвидовые таксоны признаются. В отличие от большинства отечественных "систематиков-маргиналов", Л.Н. активно печатается за рубежом.  Одна из последних ее работ -  The problems of traditional and phylogenetic taxonomy of fungi // Mycosphere. - Vol. 1. P. 45-51. Взгляды Л.Н. на систему пиреномицетов резко расходятся с тем, что сейчас предлагают молекулярные систематики, поэтому ее система  остается не востребованной.

 Среди систематиков протист следует упомянуть двух активных реформаторов-маргиналов – В.И. Михалевич и А.В. Янковского. В.И. Михалевич – создатель чрезвычайно дробной системы высших таксонов фораминифер: 6 классов, 11 подклассов и множество отрядов. Такой подход не родился на пустом месте, еще раньше отечественные фораминиферологи (прежде всего, великая Х.М. Саидова) пошли по пути усложнения системы с бóльшим числом семейств и отрядов. За рубежом такому подходу явно не симпатизируют. Проблема заключается еще в том, что, по словам некоторых специалистов, в систематике фораминифер царит неразбериха, в которой ископаемые виды "переплелись" с современными в "гордиев узел". Очевидно, что "рубить" его нужно не "сверху".

С системой инфузорий А.В.Янковского можно ознакомиться в "Руководстве по зоологии. Протисты, ч. 2". Она довольно дробная, но отмечу одну деталь, которая бросилась мне в глаза. Многие высшие таксоны Янковский установил в тезисах, и в "Руководстве…" ему пришлось их заново переописывать. Если посчитать, сколько новых родов, семейств и т.д. наши авторы установили в тезисах докладов, то мы далеко впереди планеты всей. Причины такой "тезисной" спешки лично мне не всегда ясны. Еще один момент: А.В. Янковский то там, то сям пишет о приоритете предложенного им названия отряда или подотряда. Принцип приоритета не распространяется на таксоны выше надсемейства, поэтому здесь играет "мировое соглашение". Очевидно, что система инфузорий Янковского видится иностранцам слишком аберрантой и не находящей поддержки в молекулярно-генетических построениях. Тем не менее, нельзя сказать, что с ним не считаются – он был и остается признанным экспертом по ряду групп симбиотических инфузорий.

 Пожалуй, самым известным маргиналом-систематиком в нашей стране является Я.И.Старобогатов – и по охвату таксонов, и по последствиям. Я.И. занимался совершенно всем, у него есть работы по реформированию системы аннелид, ракообразных и некоторых других членистоногих, он уделял большое внимание мегасистематике, выделяя новые царства. Но большинство его работ было посвящено моллюскам – в основном пресноводным. В этой группе он произвел глобальные изменения на всех уровнях – от подклассов до видов. Им было установлено несколько сотен новых таксонов (или названий – Я.И. был сторонником унификации и типофикации названий выше семейства) от подсемейств и выше. В видовой систематике он предложил новый метод дифференцировки видов – он называется компараторным. Суть метода в том, что контуры раковины – это кривая (или кривые), которые можно описать математически. Разные виды обладают разными кривыми. Такой подход привел к выделению огромного числа видов пресноводных моллюсков – достаточно сказать, что в европейской части бывшего СССР числится в 5-6 раз больше видов, чем во всей остальной Европе. Конечно, такой подход не нашел отклика у иностранных малакологов, но зато Я.И. Старобогатов сумел создать мощную отечественную школу своих последователей, которые продолжают работать теми же методами до сих пор. В итоге маргиналом оказался не отдельный ученый, а целая школа пресноводных малакологов – случай уникальный, если учесть, что речь идет о двух поколениях специалистов. Каким образом будет налажен диалог между "нашей" и "ихней" школами – неизвестно. Дискуссии ведутся на форумах, но в них больше эмоций, чем здравого рассудка. http://malacolog.com/forum

 Отечественные нематодологии в своем большинстве являются признанными специалистами и даже классиками в отдельных направлениях. Но есть одно семейство, систематика которого запутана до невероятности – Mermitidae. Долгие годы его исследовал И.А. Рубцов: им описано уйма видов и множество родов. Нельзя сказать, что эти виды не признают, но разобраться в таком многообразии никто даже и не пытается.

Еще одна группа с крайне дробным подходом в видовой и родовой систематике – щетинкочелюстные. Единственным отечественным специалистом по этой группе является А.П. Касаткина: ею описано невероятно большое число видов и родов морских стрелок, причем подавляющее большинство их неизвестно за пределами морей России. Эндемизм среди планктонных животных – явление неординарное. Зарубежные хетагнатологи с определенного момента перестали цитировать А.П. Касаткину и упоминать описанные ею виды и роды.  Отечественные планктонологи не могут определить по определителю Касаткиной хетогнат даже до рода.

"Маргинализм" в систематике был, есть и, видимо, будет. Это неизбежное следствие реформирования системы, когда одни специалисты становятся реформаторами-классиками, а другие – непризнанными "чудаками".  Долгое время отечественные систематики "варились" в собственном котле и могли позволить иметь особое мнение относительно системы вверенной им группы. Иногда противопоставление "нашей" и "ихней" систем даже поощрялось. Сейчас ситуация изменилась: маргиналов быть невыгодно, поскольку это равносильно причислению к изгоям мирового сообщества.  Зарубежные журналы отнюдь не горят желанием печатать "бред русских чудаков". Но желание отдельных ученых  усовершенствовать или в корне переделать систему конкретной группы не является чем-то противоестественным. Насколько новое поколение систематиков готово к риску? В ответе на этот вопрос следует помнить, что сейчас на коне тот систематик, чьи взгляды поддерживаются молекулярно-генетическими построениями.