olnud (olnud) wrote,
olnud
olnud

Categories:

Письма из Владивостока. 1.

прей

Элеонора Лорд Прей
Письма из Владивостока (1894–1930) / Элеонора Лорд Прей; под ред. Биргитты Ингемансон; пер. с англ. А. А. Сапелкина; Приморский музей им. В. К. Арсеньева. – Владивосток: [Альманах «Рубеж»], 2008. – 448 с.

Любопытная книга. Элеонора Лорд Прей (1868-1954) прибыла из штата Мэн на Дальний Восток в июне 1894 года еще молодой женщиной, только что вышедшей замуж за одного из членов семьи Чарльза и Сары Смит, торговцев, владевших во Владивостоке «Американским магазином». В течение 36 лет она регулярно посылала письма своим родственникам и знакомым – обычные женские письма, с зарисовками быта, людей и происходящего вокруг. Уже после смерти Элеоноры ее внучка собрала эти письма, рассортировала и, найдя заинтересованных людей, издала на английском языке. И вот недавно книгу перевели и издали на русском.
История – мужская игрушка, в которой долгое время не было место мелким деталям, мешавшим взглянуть на события прошлого масштабно. Эти письма едва ли издали бы в советское время – в них нет никакой идеологии, много «тряпок и кухни» и, что самое непонятное для нас, практически нет традиционного «нытья», сетования на власти, на неустроенность, грязь и невежество. Более того - в них нет критики... Они – крошечные элементы какой-то незамысловатой мозаики, - не выстраиваются в цельное повествование и лишены «исторической глубины». В книге А.П. Чехова есть несколько слов о Владивостоке, в котором приличных людей не сыскать, кругом пьянство и нет никакой культуры. У Прей все иначе: нет ни одного слова о том, как тут плохо. За ворохом типично женского мировосприятия проступает рельеф истории, которая принимается с большим интересом и эмпатией, эмоционально и всегда персонифицировано, в контексте «Не мы нужны Владивостоку, а Владивосток нужен нам». В очередной раз убеждаюсь, что хуже, чем мы думаем сами о себе, о нас не думает никто...

4081

4.11.1904. Я так износилась и так старомодна, что была вынуждена самолично заказать себе кое-что из одежды в Петербурге, и Тулли была так добра, что послала туда своей портнихе мои размеры. Я сначала попробую дневное платье и блузку, и если они меня удовлетворят, то я закажу что-нибудь еще. Раз уж мои размеры там, то я легко могу сделать заказ по телеграфу (всего лишь десять копеек за слово), и через месяц с небольшим - получайте ваши вещи.
....Я хочу послать в Китай за новыми летними платьями - тем же пароходом, который доставляет почту. Я хочу, чтоб они были из тонкого шелка. Здесь они дешевле, чем хлопчатобумажные, хорошо стираются, и их не нужно крахмалить. Не странно ли, что есть места, где шелк дешевле хлопка?

16.11.1903. Неделю назад, в воскресенье, во время прогулки с Сарой и г-ном Целлерсом я нашла подкову - впервые в жизни и была очень этим горда, поэтому на другой день, когда я пошла с д-ром Штейном, я надеялась найти еще одну, но вместо этого потеряла дорогу (и свою репутацию проводника), что меня крайне испугало, так как мы добрались до дому только после наступления темноты. В среду я пошла с ним снова, и что же вы думаете, мы нашли? Не более и не менее как мертвого китайца, зашитого в мешок и лежавшего на обочине дороги! Это здесь такой милый китайский обычай: выбрасывать своих умерших, чтобы не тратиться на похороны. На обратном пути мы повстречали полицейского, двух русских и тележку, чтобы забрать тело, так что кто-то, очевидно, известил их. ...Тед теперь смеется надо мною и спрашивает, что еще я намерена найти в следующий раз.

25.10.1914 В субботу в поезде ехала солдатка с крошкой ребёнком на руках и с маленьким мальчиком одиннадцати лет. Ребёнок плакал, и мать плакала тоже, и тогда я спросила её, в чём дело. Он сказала мне, что полк её мужа отправляют на фронт, и она целый день выискивает его, чтобы попрощаться, но не смогла найти его на Первой Речке, поэтому отправляется на Вторую в надежде найти его там, но она ужасно боится, что полк уже убыл и что она никогда его больше не увидит. У неё ещё двое детей по возрасту между этими двумя, и бедная женщина сидела и плакала, а я плакала с нею, хотя прежде я её и не знала, но я ничего не могла с собою поделать.

21.3.1917 Ни о чём больше и не слышно [кроме как о революции], и митинги проходят с утра до вечера. В понедельник был женский митинг, и, как говорят, все вопили одновременно. Женщины кричали: «Долой Таубе!», и когда кто-то спросил одну из самых осипших женщин, почему она хочет, чтобы покончили с Таубе, та ответила, что не знает. Они вопили также: «Долой китайцев!», «Пусть у всех будут русские слуги!». Что это за безумие! Люди даже не знают, чего хотят, поэтому и кричат что попало, лишь бы покричать, а прежде митингов не разрешали… День или два назад кто-то из пожарной дружины убрал орлов с памятника Невельскому и Николаевской арки. Когда после некоторых усилий орлы упали с арки на мостовую, рабочий, который сделал это, выразил толпе признательность за её «ура!» тем, что снял шапку и три раза перекрестился; похоже, однако, что он сделал это скорее всего из суеверия и про себя молился: «Да простит меня Бог!».
Tags: дальневосточное, люди, прошлое
Subscribe

  • РПД: Разумно-придуманный дурдомом

    Работаю над РПД лекционных курсов. Раньше это называлось РПУДами (Рабочими программами учебных дисциплин), потом У убрали и остались только Рабочие…

  • Страшное Я

    Помню, как в начале 90-х мне в руки попал очередной сборник Зоологического института «Эволюционная морфология животных». Я читал одну статью за…

  • Будда зимней рыбалки

    Автор фотографии - мой знакомый, но сделана она рядом с нашим институтом, на замерзшем Амурском заливе. Обычно рыбаки кучкуются, но есть и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments